– Да, но родителям сказал только за два года до окончания школы. Они поставили несколько условий: это должно быть московское училище (жили мы в Вологде), и я должен был поступить сам. Приехал и поступил одновременно в Щукинское и РАТИ в шестнадцать лет.

– Это как же вас родители рискнули отпустить в шестнадцать в мегаполис, полный соблазнов?

– Я, честно говоря, не представляю. Приехал в Москву один. У меня не было ни связей, ни друзей, ни возможности снять квартиру. Ехал наобум! Обычно, если разница между экзаменами была два дня, уезжал обратно в Вологду. Но случалось, что нужно было два-три дня проходить тур. Тогда шел ночевать на Ярославский вокзал и спал там часа два-три. На другие не пускали: на многих вокзалах сейчас, пока билет не вставишь в турникет, не пройдешь…

– По два часа спали. Почему так мало?

– А я очень любил гулять по ночной Москве. Нагуливался до упора. Сразу понял, что это мой город. Ходил с раскрытым ртом. После двух-трехэтажной Вологды глаз не мог оторвать от высотных зданий. Но несмотря на то, что ночь – любимая пора, почему-то столица мне запомнилось своим утром. Когда приехал, был март. Поезд пришел в пять сорок, и я на всю жизнь запомнил предрассветную дымку и первые яркие лучи солнца. На машину заработал сам

– Стали студентом. Подрабатывали чем-нибудь?

– Да. И не только в вузе. Я был специалистом по компьютерам – системным администратором, работал с 14 лет. Родители обладали высокой интуицией. Поэтому отец нашел мне педагогов и сказал, чтобы я получал вторую профессию. Как чувствовал, что иду куда-то не туда.

– Значит, без куска хлеба точно не останетесь…

– А я и сейчас подрабатываю. Правда, теперь отношусь к заказам очень избирательно и делаю только то, что интересно. Многие заказчики меня уже знают. А когда был студентом Щукинского, работал со второго курса дизайнером в кинокомпании.

– Если сейчас подрабатываете, значит, кризис вас все-таки коснулся?

– Коснулся. В основном новых предложений. Если раньше мне регулярно поступали предложения на пробы, сейчас их вообще нет. Правда, может быть, это я всем надоел? Но с другой стороны, у моих бывших однокурсников с работой тоже неважно. Мне еще повезло, что снимаюсь, а многие вообще нигде.

– Машину купили без помощи родителей?

– Да. На автомобиль заработал три года назад, когда снимался в нескольких проектах: в сериале «Морская душа» и в фильме «Исчезнувшая империя». У меня было около пятнадцати тысяч долларов. Мне хотелось взять красивую иномарку. В итоге остановился на «Хюндай Гетц» черного цвета. Честно говоря, боялся, что не помещусь в этой машинке. Она смотрится довольно миниатюрно, а у меня рост метр девяносто. Но оказалось, внутри она очень вместительная. И еще у нее есть огромный плюс: в нашем мегаполисе припарковаться на ней можно везде.

Грамотно ставлю себе цели

– Восхищаюсь вашими талантами. И компьютерщик, и актер, и на права сразу сдали.

– Это не столько таланты, сколько грамотная постановка целей. В прошлом году поставил себе цель хорошо закончить театральный вуз и попасть в кино на хорошую роль. И вот работаю в «Ранетках».

– Кто из девочек вам больше нравится? Ваша партнерша по фильму Женя Огурцова или кто-то другой?

– С Женечкой нас связывает работа и много тесных сцен, но больше всех люблю Лерочку Козлову. Мне очень обидно, что она ушла из группы. Когда узнал, очень сильно расстроился. Я ее до сих пор очень поддерживаю и считаю, что она самая яркая и талантливая из группы. И не в обиду другим девчонкам, она самая женственная из них. Это нисколько не умаляет достоинств других девчонок. Просто Лерочка привлекает меня именно как девочка.

– Вы в нее влюблены!

– Ну (смущенно кивает). У меня к Лере до сих пор очень нежные чувства. И она об этом знает. Лерка – кокетка. Но дело даже не в этом, просто ей сейчас не до меня. И я не напоминаю ей о своих чувствах.

– Наоборот, по-моему, самое время взять инициативу, утешить, ободрить, приобнять…

– Я не такой искуситель… Если захочет, она прекрасно знает, как я к ней отношусь.